Марина Неизвестная предлагает Вам запомнить сайт «ОБЩЕСТВО, ЧЕЛОВЕК, ЛИЧНОСТЬ»
Вы хотите запомнить сайт «ОБЩЕСТВО, ЧЕЛОВЕК, ЛИЧНОСТЬ»?
Да Нет
×
Прогноз погоды
Самые популярные темы
Выбросила плакат с Немцовым от стен посольства России в Минске!
Княгиня Рина Наумова-Дэвис 1 мар 15, 17:00
+1713 681
Допрыгалась
Сергей Манаков 3 мар 15, 07:13
+1474 681
Ужасы западной содомии на уровне государства, о которых вы и не подозреваете
Сергей Манаков 2 ноя 14, 19:26
+1447 647
О чем лгут абсолютно все историки
Елена Мещерская 28 сен 16, 10:52
+1344 464
Доигрались, убогие (и это только начало)
Сергей Манаков 18 мар 15, 22:25
+1319 461
Олег Царев в Фейсбуке просит распространить эту информацию
Сергей Манаков 3 окт 14, 16:43
+1308 384
За русофобию ответил
Сергей Манаков 24 авг 14, 22:11
+1261 930
Китай влепил США публичную пощечину
Елена Мещерская 15 мар 16, 20:24
+1236 256
Вы чем недовольны, быдлы неблагодарные?
Сергей Манаков 3 авг 15, 07:35
+1233 1183
Иван Охлобыстин: «Спасибо тебе, Украина...»
Сергей Манаков 8 июл 14, 07:39
+1152 409
Стена
Vladimir Revtov
Гореть в аду борьке-алкашу! И алкаш центр давно пора переименовать и детям отдать!
И как этой старой корове не стыдно, за все то что натворил ее алкаш! Уж молчала бы в тряпочку!
Vladimir Revtov 7 октября, в 19:56
Михаил Фадеев
Классная провокация! Дай Бог подольше таких! Как красиво мужик ушел!!!!
Михаил Фадеев 5 октября, в 09:27
Eduard Palioni
Похоже на подготовку к перевороту !
Eduard Palioni 12 сентября, в 11:52
Олег Хаврошкин
Каких только придурков не встретишь!!!!!!!!!!
Олег Хаврошкин 11 сентября, в 17:17
marat gleizer
Хаврошкину - Николай был пьяница (именно поэтому одну его книгу запретила царская цензура - в ней он все время пил), полнейшая военная бездарность - проиграл две войны и убийца, за что получил кличку - Николай кровавый. Вот так-то!!!
marat gleizer 29 августа, в 10:41
Ангелина Анхель
Интересно
Ангелина Анхель 17 мая, в 00:30
Нагаевъ(Николай)
Я думаю, что русские рэволюционэры начала XX века что-то вроде современного ИГИЛ. Бесы.
Нагаевъ(Николай) 3 апреля, в 16:54
Приневский Край
Николай вместо того чтобы всех взять в свои царские руки, стал хныкать: "Ох, все предали". Такого слизняка все и предали, это не лидер, а тряпка мокрая.
Приневский Край 16 марта, в 21:27
Олег Хаврошкин
Статья с большевистским душком (зверская расправа с Имератором и его семьёй), скрыто, что большевички работали за американские и германские деньги, т.е. продажные иуды. Россия в 1913-14г.г. имела годовой рост-17%. А монография Д.И. Менделеева-ещё и основоположника социологии,
под названием"Познание России" для теперешних под запретом. Потеряв имерию на долгие годы потеряли всё.
Император НиколайII - великий патриот и государственный деятель. Как бы не старались всякие мрази.
Олег Хаврошкин 27 февраля, в 18:46
Валентин Шолохов
А кто оплатит За это; В СССР во время ВОВ. ...Немецко-фашисткие захватчики и их пособники сожгли и разрушили 1710 городов и поселков, более 70 000 деревень, полностью или частично разрушено 1.5 млн. зданий... Во время США помогали по ленг-визу… Если называть вещи своими именами ,то американская помощь не, что иное, как зарабатывание денег на нашем горе.И про РQ-17 ... Мы за эти товары рассчитались! На войне воюют люди, а не танки и самолеты, а кровь Советского Солдата не имеет цены.
Валентин Шолохов 12 февраля, в 14:28

Хорошая, умная, добрая книжка!

развернуть
Хорошая, умная, добрая книжка!
В качестве примера, дав отрывка


Конончук Павел Никанорович


Хорошая, умная, добрая книжка!

Хорошая, умная, добрая книжка!

Группа состояла из 25 бойцов. То был 4-й отдельный взвод СМЕРШ. Помню, что кроме того капитана, с фамилией Аристов, еще был командир взвода, лейтенант. Нам раздали оружие: автоматы ППШ, винтовки. Я получил ППС. Ну, и тут же получили первое задание – капитану сообщили, что в каком-то селе появилась банда или еще что-то вроде этого. По-моему, это были мародеры. Это была Хмельницкая область, октябрь – ноябрь.
Один раз в декабре месяце, капитан нас поднял по тревоге. Мы двинулись на повозках в село Каменка, в 11 километрах от Изяслава. Приехали в село, встречает нас безрукий председатель. Начинает описывать ситуацию: «Банда. Зарезан бык. Ограблен колхозный склад и магазин. Люди рассказывают, что некоторые были в немецкой форме, некоторые с «трезубами»». Пойди, разберись! Немцы с ОУНовцами? Соединились, потому что некуда деваться? Короче говоря, все погрузили на подводу, и уехали в лес.

Ну, и мы, значит, рванули по горячим следам в ту же сторону. Повозки углубились в лес, наверное, на километр. Уже рассвет был. И тут я его увидел за сосной, этого бандита в немецкой форме. Сволочь! Я только заметил, хотел уже стрелять, но он опередил меня, дал очередь с автомата. Мне сюда, в левую ногу… еще бы чуть выше, повредил бы яички. И еще гранату бросает! Колотушка. Длинная такая, с деревянной ручкой. Я упал, выставил впереди себя автомат…
Граната взорвалась в полутора метрах от меня. Мне задело голову осколками, и контузило. Но если бы я стоял, то погиб. Вокруг шла стрельба. Я потерял сознание…

Ребята начали их бить. В итоге настреляли 11 человек. Сколько удрало, мне неизвестно. Среди нас был только один раненый – я. Положили меня на подводу, привезли в районную больницу. Мест не было, больница вся забита, положили в коридоре. На второй день меня в палату положили, где я пришел в сознание. А это было тифозное отделение, и меня еще там угораздило заразиться тифом. Из четырнадцати человек тифозных нас выжило только три. Всех остальных прибрал тиф.
В больнице я провалялся с декабря по февраль, и только в конце февраля меня выписали. Тиф перенес тяжело – еле стоял на ногах. Немного пришел в себя только через две недели. Лысый был, как бубен – все волосы повылазили. На мне шевелилось море вшей. Надо сказать о медиках. Люди тогда душу отдавали, день и ночь сидели над больными.

Хорошая, умная, добрая книжка!

Хотели меня комиссовать, уже и документы подготовили. Да лежал со мной сибиряк – один из тех троих, кто выжил. Так он сказал: «Сынок, и что ты будешь делать? Влепят тебе 2-ю группу, и будешь ты получать 37 рублей. А так, может, пойдешь служить, да человеком станешь. Удирай отсюда, только захвати с собой документы».

* * *

- Опишите Львов в 48-м году.

- В самом Львове случаи убийства были рядовым явлением, на улицах нередко валялись трупы. Но если в 45-м на Хмельниччине в основном фигурировали всякие бандитские группы, мародеры, дезертиры и уголовники, то в Львове уже был чистой воды национализм, причем явный.

- Что помните по амнистиям? Как на них реагировали националисты?

- По-моему их было несколько. Вышел указ в 45-м году, потом в 47-м вышел указ Правительства о сдаче с повинной. Им обещали, что не будут судить, допрашивать, и вообще оставят в покое. Надо сказать, очень много пришло народу. Приходили в районные отделы МГБ. Бывали случаи сдачи в самом Львове в управлении МГБ. Но не обходилось и без курьезов. В Жидачевском районе из леса вышла сдаваться крупная банда. Зашли в село… А в райотделе сидят начальник, его зам и прочие. Вдруг крик: «Тревога! В селе банда с оружием!» Время тогда было непростое, в каждом отделе МГБ из окон торчали пулеметы. Конечно, начали стрелять. А те кричат: «Не стреляйте, бо мы пришли сдаваться». Ты подумай, 20 человек. Это ж целая группировка! Ну вроде ничего. Они сдались, их приняли, документально оформили сдачу оружия. Кто был местный, пошел домой. Кто боялся, мог выбрать любое место жительства, кроме Киева, Одессы, Харькова и других центральных городов. Очень многие уехали на Донбасс и в Днепропетровск.

Перелом наступил в 47-м году. До 47-го года они действовали еще довольно активно. Потом становилось все тише, тише. А после они уже стали по пять-шесть человек сидеть в «схронах».

(Из донесения генерал-лейтенанта НКВД УССР А. В. Леонтьева генерал-полковнику С.Н. Круглову о проведении операций по ликвидации воинских формирований ОУН-УПА в первом полугодии 1945 г. за номером 35/1/810: «За первое полугодие 1945 г. на территории западных областей Украинской ССР явилось с повинной 25 868 человек, убито бандитов - 34 210…» Прим. – С.С.)

- Вам приходилось ликвидировать «схроны»?

- Бывало. Ничего особенного. Или застрелятся или подорвутся…

- Как вы их выкуривали из землянок?

- Они сами выбегали. Которые не выбегали, тогда им туда пару гранат кинут, и все на этом. В основном, они сами себя уничтожали. У них была такая мода: выскакивают, и в разные стороны, как зайцы. Вдруг кому-то повезет.

В 54-м я участвовал в ликвидации последней «боевки» на территории Подкаменьского района. А в 56-м уничтожили вообще последнюю, на моей памяти, «боевку». В ней было три человека. Они засели в Карпатах, и что-то долго их не было. Ждали-ждали, потом решили выковыривать…

* * *

В то время при каждом селе были созданы группы общественного порядка, которые формировались из так называемых «ястребков». И вот двое таких «ястребков», старший группы и один из его подчиненных, от бандитов получили задание убить участкового. Что характерно, один из них, сволочь, всю войну провоевал. Сержантом вернулся, имел награды. И связался с бандой. Они пришли к нему в караульное помещение. Уже было 11 часов вечера. Повели его ужинать. Он же им доверял, везде ходил с ними. Суки! Сзади его, прямо с винтовки, в сердце. Партбилет пробило, удостоверение... Он упал, – выстрел слышала хозяйка, она потом нам рассказывала, – и закричал на них: «Ребята, да что ж вы делаете?» А они ему второй выстрел в челюсть – пуля выскочила через висок. После того как они убили Медянкина, сбежали в лес. Но банда их не приняла. Им сказали: «Убейте еще одного участкового в другом селе, тогда поглядим».

- Эти «ястребки» чем закончили?

- Я ими сам занимался, лично. Через две недели зажали их в деревянном сарае у одного дядьки, на чердаке. Участковому поступили данные о том, что на чердак влезли два незнакомых человека. Тот быстренько сообщил в опергруппу. Мы тут же на машине приехали, обложили. Открываем дверь – тишина. Собаковод прошел под стенкой. Открыл следующую дверь, пустил собаку. Собака заблажила: «А-ву-ву-ву». Они начали стрелять по собаке. У тех «ястребков» была штатная винтовка, ППШ Медянкина и его пистолет. Обоих положили прямо через стенку. Чего там, одни доски. Два солдата подскочили, и с автоматов врезали на звук выстрелов. Наверху сразу все заглохло. Лестницу приставили, снова собака пошла вперед... Слышим – «Р-р-р-р», она их там рвет. Уже и выстрелов нет, и кровь сверху начала капать. А Ваню Медянкина похоронили возле села Подкамень, Бродовского района. Просил я начальника райотдела: «Сделайте хоть какой-то обелиск ему». Так никто и не сделал. То, что мы тогда успели, положили плиту и высекли: «Медянкин И.М. погиб от рук бандитов ОУН», так и осталось. Но надпись про ОУН уже сегодняшние националисты сбили, чтобы не видно было.

Хорошая, умная, добрая книжка!

- Вы встречаете кого-то из ОУН-УПА сейчас?

- Мало кто дожил до сегодняшних дней. Есть здесь один «товарищ», Олесь Гуменюк. Он сейчас председательствует в братстве УПА Львовской области. Ему было тоже 17 лет, когда он ушел в УПА. (Олесь Гуменюк. С 1943 по 1945 служил в дивизии СС «Галичина». Прим. – С.С.) Когда им (дивизии «Галичина»?) «навтыкали» в 44-м, он там же под Бродами попался, и его посадили. Так ведь клялся-божился, что насильно забрали. Поверили, «поблажливо» дали 10 лет. Он их честно отсидел. После того, как вышел, как-то умудрился попасть в Пустомытовский район. Работал там завскладом сельхозтехники. Мы с ним встречались, я его знаю давно.

- Какое он на вас впечатление произвел?

- Тогда? Был тише воды, ниже травы. Обычный человек. Даже выполнял задания райкома, писал лозунги к праздникам. В тюрьме их научился писать.
Теперь, когда с приходом демократов начался весь этот развал, он стал этим «керивником» (главой, руководителем) УПА в Львовской области. Выступает, кричит: «Я сознательно и добровольно пошел!»

http://iremember.ru/memoirs/nkvd-i-smersh/kononchuk-pavel-nikanorovich/ - читать полностью

Капранов Дмитрий Федорович

Хорошая, умная, добрая книжка!

- Опишите ваше первое столкновение с националистами.

- В округе проводили специальную операцию, в которой кроме моей группы участвовали еще и другие подразделения. Мы обнаружили, а затем блокировали банду на хуторе, стоявшем прямо посреди поля. Название того хутора я не запомнил. По-моему, это было в Тернопольской области. Так случилось, что моя группа оказалась на открытом участке местности, как раз напротив дома, в котором засели бандиты. А я попал прямо на то окно, из которого по нам непрерывно стреляли, и лежал под пулями, все равно, что на лысой голове. И ни травинки, ни кусточка. Ничего! Чистое поле…

Вот он оттуда лупит так, что только комья земли летят, и возникает ощущение полной беспомощности. Было у меня тогда только одно желание – как бы подо мной земля немножко провалилась, и я смог бы хоть чуть-чуть спрятаться.
Единственное, что нас спасло – это интенсивный огонь с нашей стороны. Ребята активно тратили патроны, и не давали им прицельно бить.
Потом хата вспыхнула. Они стали из нее выскакивать. Конечно же, в этот момент из-за огня все стало хорошо видно, и на этом бой закончился – их всех перебили.

- Задача – взять в плен, не ставилась?

- Нет, ну как же не ставилась? Но уж конечно и не так, чтоб кровь из носу. По ситуации смотришь. Они ведь выскакивают из хаты, не прекращая ведения огня. Как ты его возьмешь? Поневоле приходиться стрелять в ответ. Грубо говоря, шла обыкновенная война. Ощущения не самые приятные. У меня тогда имелось большое желание просто закопаться поглубже в землю…

* * *

- Вы можете оценить потери сторон в том бою?

- Затрудняюсь ответить.

К операции привлекли различные подразделения. Может быть, там и рота у нас была, а может быть и батальон. Но вот, если по ощущению, как Вы говорите...
Вероятно, проводилась полковая операция. А разговоры после боя ходили такие, что в селе ночью ограбили магазин и убили сторожа. Конечно, стало ясно – это дело рук бандеровцев. Поэтому по тревоге подняли части, которыми тут же окружили ближайшие населенные пункты. Затем начали последовательно проверять все прилегающие села, и наткнулись на эту группу.
Обычно сразу же оцепляли огромную территорию, чтобы они из леса не ушли в другой район. Все это осуществлялось с некоторым запасом. Цепи для прочески выстраивались на зрительную связь.

Когда закончили разбираться в селе, нам поставили задачу: прочесать лесной массив неподалеку от села…

На Западной Украине тогда все леса, кстати, так же как и в Польше, начинались с канавы. И надо заметить, что леса там содержались в определенном порядке: от полей отделялись канавками, вырубались просеки, и все такое прочее.
Помнится, мы растянулись цепью и двинулись к лесу. С левой стороны шел я, а справа двигался наш командир взвода, старший лейтенант Владимир Андреевич Живаков. Только мы в лес сунулись, через канаву перескочили…
Смотрю – прямо передо мной тлеющий костер. Над костром, значится, на поперечнике висит большой казанок, в котором варятся две или три курицы. Вода булькает, пар идет, какие-то вещи валяются, у костра сушатся чуни…
Стало ясно, что бандиты готовили себе обед, а мы их спугнули. Мне даже нехорошо сделалось – мы же у них прямо на мушке расхаживали.
Позвали командира взвода. Он отреагировал мгновенно: «Далеко не успели уйти. Всё… С тобой пойдет Сироткин и Вентус. Давай, крой их своей группой».
Вперед, хрипя от возбуждения, рванула служебная собака Вентус, а позади на натянутом поводке повис младший сержант Сироткин, ее хозяин и наставник. За ними, развернувшись веером, побежали мы.
Сколько мы так пробежали, не знаю. Собака сразу взяла свежий след и перла как паровоз…

В молодости я очень любил заниматься спортом, и в свободное время постоянно тренировался, увеличивая физические нагрузки для развития общей выносливости организма. Бегал я здорово, и надо сказать, был достаточно вынослив.
Так вот мы бежим, а мне все время Лева Сироткин кричит: «Дима, ты только не отставай. Дима, слышишь, не отставай от меня».
К тому времени я уже имел кое-какой опыт, поэтому бежал параллельно ему в стороне, примерно, метрах так в 20-ти, с тем расчетом, что если начнут стрелять, то сразу всех не уложат. А стрельба должна быть! Группа идет в «открытую», с шумом-треском. А где в первую очередь шум? Там где собака. И особенно, если бандиты близко, то она злится, рычит, лает.
Конечно, Леве не позавидуешь. Но в таких делах у каждого своя задача и своя судьба…

Только я в азарт вошел. Оборачиваюсь, смотрю – ребята уже задыхаются, еле бегут. Остановил всех, говорю: «Снимайте на фиг плащ-палатки, складывайте в них гранаты и все тяжелое. Оставить только комплект патронов, автомат и один запасной диск. Быстро, быстро, ребята. Ну же!»
Каждый из нас носил по две гранаты. Их сложили на плащ-палатку, и одного оставили охранять. Посадил его, говорю: «Все, ты сиди, жди! Мы за тобой, солдат, обязательно придем».
И снова в погоню! Собака беснуется. Вперед, вперед…
Еще перли по лесу, в общей сложности, наверное, около десяти километров.

* * *

И вот мы выскочили на такую зеленую стену из акаций, а за ней ничего не видно. Собака аж заходится. Видно почувствовала их совсем рядом...
Тут по Сироткину… и, конечно, по собаке… как ахнут. Он повалился на спину, закричал, чтобы я обратил внимание.
А у Левы, еще как назло, в автомат что-то попало – стрелять не может. Он ППС носил, такой маленький, офицерский, поскольку ему с собакой тяжело.
Вот он лежит, и я его вижу, а бандеровцев – нет. Меня тоже не видно. Собака затихла… Вдруг смотрю – на Сироткина выскакивает такой здоровый детина, чуть ли под два метра ростом…
Что было делать? В общем, срезал я его из автомата…
Пока мы разбирались, остальные, конечно же, ушли. Посмотрели вокруг по лесу – на дереве висит его [бандеровца] шинель, боеприпасов много лежит на земле. Они, видно, посчитали, что уже оторвались, хотели передохнуть.
Потом вдруг слышим, перед нами в лесу пальба! Это наши уже с той стороны оцепили. Ну, стрельбы было так порядочно…
Вдруг выясняется, что у меня в группе ранен в ногу солдат Жариков. Самое странное, что он бежал, позади нас, наверное, метрах в ста!
Ситуация складывается так себе. Группа маленькая, и в наличии один раненый с простреленной ногой.

Командир разведывательно-поисковой группыКапранов Дмитрий Федорович

- А Лева, который с собакой был?

- С этим все нормально. И тут, знаете, как-то все скоротечно произошло. Уже слышу – машина гудит по дороге. Вроде только что стреляли, а уже другая группа к нам приехала, и ребята говорят: «Все в порядке, мы их перехватили».

В итоге получилось: я тут одного завалил, и еще трое выскочили на прямо цепь, которая шла нам на встречу.

- Как они были одеты?

- «Мой» был одет в новенькую офицерскую шинель, без погон.

- Они ее «сняли» с кого-нибудь?

- Трудно сказать. Ему там такую шинель любой портной мог пошить.
Мы ее еще, помню, командиру взвода предлагали. А он так посмотрел, поморщился и говорит: «Да, тут в пуговицу с края попала пуля. И здесь пуговицу надо перешивать…»
А у самого шинель такая потрепанная. В общем, не взял.

* * *

- Примерный возраст погибших? Молодые люди?

- Возраст. Все, наверное, до 30-ти лет, не более 35-ти. Если был кто-то старше, то это уже наверняка какой-то главарь.

- Как определяли главаря?

- Знали уже.

- То есть наводка?

- Оперативные работники предварительно сообщали. У нас была примерно такая система: за каждой разведывательно-поисковой группой закреплялся определенный населенный пункт. Вот за мной, например, закрепили Пищатинцы, а возле них еще три села. В итоге у меня их оказалось четыре. Это делалось для того, чтобы мы хорошо знали обстановку, привыкали к местности, устанавливали контакт с живущими там людьми.
Мало того, что оперативные работники ходят, да еще и мы обстановку узнаем. И чтоб мы на ночлег устроились к родственникам или пособникам бандитов, такого уже быть не могло. Потому что мы хоть и вчерне, но обстановку знали и понимали. И по глупости, куда не надо уже не влезем.

* * *

- А с выселением сел или семей Вы не сталкивались? Вам не доводилось видеть?

- Доводилось. Мы один раз в 49-м году с нашего участка выселяли. Мне еще тогда одна тетка сказала: «Какая же я была дура, что раньше этому чернявому сержанту вилы в живот не воткнула».
А что мне еще оставалось делать? Меня назначили старшим в операции по выселению ее семьи. А приказы, как известно, в армии не обсуждаются.
Все осуществлялось быстро и без предупреждения. Нас накануне собрали, зачитали список.
С нашего участка, допустим, выселяется 20 семей. Сразу начальство расписывает каждому, кто и какую семью выселяет. Проверяется наличие транспорта для выселяемых семей. А транспорт – простые телеги и лошади.
В три часа ночи началась операция. Вошли на хутор, распределились по домам, зачитали выселяемым постановление. Им дали определенное время на сборы. С собой разрешали взять 500 килограмм личного имущества.

- В тот раз выселялся весь хутор или отдельные семьи?

- Нет, только пособники и родственники, по списку. Надо добавить, что семьи убитых бандеровцев не трогали. Выселялись только те, кто оказывал бандитам реальную помощь! Да и весь хутор не выселишь. На нашем участке были хутора по 1000 дворов. Нужно сказать про один важный момент в отношениях с местным населением. Мне трудно ручаться за всех, но я отвечаю за свою группу: ни единого щелчка кому-либо из местных не дали! Никогда и ничего подобного быть не могло. Ни разу не было какого-либо хулиганства, злоупотребления оружием или, не дай бог, стрельбы. Все было очень строго!А та тетка мне прямо в глаза влепила. Она меня знала очень хорошо…

- Как материально жили выселяемые семьи? Ваше впечатление после Ивановской области?

- Я только видел, как живут в селах Западной Украины. Нищета еще почище нашей средней полосы. Хаты были в основном мазанки с земляными полами. Около 50 процентов населения не имело обуви. Чуть ли не каждый второй на Западной Украине болел туберкулезом. А вот когда уже появились колхозы, хотя они и туго приживались, люди стали жить значительно лучше.

* * *

- Как себя чувствовали в таких селах люди с восточной Украины?

- А там восточных украинцев и не было. Партактив только с района начинался. Председатель? Так и он из местных.

- А вот председатель. Надо иметь большое мужество, чтобы быть им. Их часто убивали?

- Не часто, но бывало. Да что там бывало! Однажды мы в лесу наткнулись на захоронение, в котором обнаружили 15 трупов. Рядом с ямой нашли подземный схрон, где националисты, видимо, временно содержали погибших и там же их допрашивали. Так в этом бункере все стены были залиты кровью, а пол экскрементами. Тяжело люди умирали.
Бандеровцы были большие умельцы на такие дела…
После эксгумации провели опознание. И сразу же обнаружились пропавшие в разное время председатели колхозов. Всех нашли. Но вот в таком печальном виде.

* * *

- Как Вы оцените ваше командование, их реакцию и действия: нормально, хорошо, удовлетворительно?

- Нормально. Хорошие были командиры…

А вот чинами их не баловали. Командир дивизии – полковник. Начальник штаба полка у него – майор. Тогда тяжело было со званиями.
Вот смотрите: огромный полк, наверное, 10 гарнизонов, даже больше. И по всей области руководит подполковник! Его в 49-м году бандеровцы умудрились ранить в живот…
А как это получилось? Где-то мы проводили общую полковую операцию, а он по селу шел в открытую. Высокий чин издалека видно, и кто-то из них не выдержал искушения, ахнул в него. Еще повезло, что попало вскользь.
Он так и уволился подполковником, полковника не присвоили…

- Тот, который подстрелил вашего подполковника, убежал?

- Если кто-то себя обнаружил, стреляя, то он уже никуда денется! Уйти не дадут!

* * *

- Сейчас в украинской печати много упоминаний о том, что над трупами погибших бандеровцев надругались и обезображивали их лица. Что Вы можете сказать по этому поводу?

- Да ну их… Напишут же!
Как вытаскивали, допустим, из того же схрона? Ехал один дядька на телеге, уговорили его. Он зацеплял за ноги, лошадь тащила. На его же телеге всех увезли в ближайшее село, и около сельской рады их разложили на опознание. И все село – давайте, приходите, смотрите. Кто-то, молча, проходит, кто-то открыто говорит: «Я не знаю». Кто там потихонечку шепнул или кивнул. Постепенно всех опознали. Обезображивать-то зачем?

* * *

- Когда умер Сталин, как это восприняли в органах?

- Как восприняли? Восприняли, конечно, с сожалением. Я в то время в Австрии служил, я помню. А вот когда Берию посадили, пошли шифровки... Была дана ориентировка и указание, чтобы мы уничтожили все руководящие документы за его подписью. В Австрии у нас условий для сжигания не имелось, а документов лежала кипа. Так мы на улице сделали из кроватей клетки и жгли костры. Я как раз возглавлял это дело.
К нам приходили австрийские коммунисты, выражали соболезнования. С высоты сегодняшнего дня мне кажется, что тогда в государстве был порядок.

http://iremember.ru/memoirs/nkvd-i-smersh/kapranov-dmitriy-fedorovich/

Опубликовал Сергей Манаков , 20.04.2017 в 20:49

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Anton Путила
Anton Путила 20 апреля, в 23:55 Огромная благодарность воинам! Текст скрыт развернуть
0
Геннадий Вощинский
Геннадий Вощинский 21 апреля, в 06:05 скоро пригодится опыт прошлого для уничтожения бендеровцев и всякой укрсволочи Текст скрыт развернуть
0
владимир рябченко
владимир рябченко 21 апреля, в 08:48 а говорят Сталин кровожадный был... а он тех, кого надо было вешать только сажал, да амнистировал... теперь они ХЭРОИ!!!! Текст скрыт развернуть
0
владимир рябченко
владимир рябченко 21 апреля, в 10:26 а ещё в глаза бросилась фраза:" уезжали в Донецк и Днепропетровск..." видно сейчас метастазы и прорвали... онкология, ЁПТЬ!!! Текст скрыт развернуть
0
Показать новые комментарии
Показаны все комментарии: 4
Комментарии Facebook

Поиск по блогу

Последние комментарии

Тата Соболь
Александр
Владимир Ушкал
SUZUKI SUKIS
Николай Клименко
Михаил Баевский
Олег Владимирович Ткаченко
Рад, что есть единомышленник!!!
Олег Владимирович Ткачен… Газовый куш Ротшильдов на Украине
Владимир Бачурин
Владимир Бачурин
Козьма Прутков

МирТесен