Последние комментарии

  • 123 12312 июля, 18:17
    Ярмуш - бессовестная и безграмотная адвокатша. Поэтому с ней связываться нельзя. Пусть не строит из себя правозащитни...Это просто ад какой-то...
  • Виктория Виктория9 июля, 0:40
    *Поэма Константина Симонова "Сын артиллериста"
  • Виктория Виктория9 июля, 0:35
    Это "Рассказ танкиста" Твардовского, до сих пор помню отрывок наизусть, хотя прошло уже много лет.Поэма Константина Симонова "Сын артиллериста"

Возвращение капитана "Норда"



Это было внезапно.
Пропавший некоторое время назад капитан "Норда" объявился в Крыму у себя дома.


На тему его судьбы подозревали всякое, учитывая происходящее на Украине, тем более внезапным получилось возвращение.
Как заявил сам капитан Горбенко, в Крым он въехал законно, пройдя через границу и предъявив паспорт на границе, где ему при переходе препятствий не чинили, хотя ранее при попытке легального выезда моряков с Украины их даже с самолетов снимали.


Выглядит маловероятным, что просто так с него сняли наружку и "галочку", которая может создать проблемы на границе. Возможно, это реализация каких-то не афишируемых договоренностей, хотя нельзя исключать и головотяпства на украинской стороне, когда человек, вокруг которого построена пиар-компания администрации Порошенко, берет и уезажет в Крым по своему паспорту. Тем более, выглядит странно ситуация, когда МВД и СБУ заявляют, что они не знают, где Горбенко, а он по своему паспорту легально пересекает границу, то есть система должна была быть в курсе подобных действий. В общем, думаю еще какие-то подробности по этому возвращению со временем всплывут.

Но главное, что жив, здоров и наконец вернулся домой. В итоге, спустя почти 10 месяцев после украинской провокации в Азовском море с пиратским захватом "Норда", весь экипаж наконец вернулся домой, хоть и получилось это очень разными путями. Теперь осталось судно, которое Украина по-прежнему удерживает, не желая возвращать в Россию. Попытки продать ему кому-то провалились, так как вполне понятно, что при выходе из украинских территориальных вод его могут задержать российские пограничники и вернуть владельцу.
Ну а за всю эту клоуанду, которая для экипажа "Норда" получилась отнюдь не смешной, Украина заплатила большими материальными убытками и изменившейся не в ее пользу обстановкой в Азовском море.

Ниже, первое интервью по прибытию домой.

- Как удалось вернуться? – спрашиваем в первую очередь.

- У меня не было никаких ограничений на возврат домой. Границу пересек законно по паспорту РФ. Вечером приехал в Керчь. Как раз все были дома, и я их порадовал. Просто поднялся по лестнице и позвонил в дверь. Дочки и супруга оторопели, конечно.

- Вы их ни о чем не предупреждали?

- Нет. Меньшая дочечка на радостях сразу захотела поиграть с папой. Три годика ей всего, для нее папа просто вернулся с работы, долго на работе был.

- Во что играли? – смеемся.

- В прятки, - хохочет капитан. – Она любит играть в прятки, так что мы сразу начали играть. Детям, жене и матери было сложнее, чем мне. Мы, мужчины, готовы изначально к лишениям. Для них это было, наверное, тяжелее. Рады были очень! Плакали от счастья.

- Чем угощала жена по возвращении?

- Даже и не помню, - улыбается капитан. – Неважно, что было за блюдо, важно, что это дома… очень приятные ощущения. Вечером попросил ее приготовить уточку запеченную. Еще люблю торт-муравейник. Никогда так надолго не расставался с родными. «Норд» не предназначен для длительного автономного плавания – не больше недели можно находиться на судне.

- Что было самое тяжелое за эти 10 месяцев, что вы были на Украине?

- Неизвестность, неопределенность, чем все это закончиться и когда. Это было самое тяжелое. Если бы был какой-то срок установлен, то я настроил себя - до такого периода нужно продержаться. То шло следствие, то статья одна, то другая. Адвокаты опасались, что они каким-то образом могут перевернуть дело по статье за измену родине, 111 Уголовного кодекса. Она более жесткая, до суда нельзя находиться на воле, по-любому СИЗО.

- Как удавалось держаться?

- Верил в то, что справедливость восторжествует. Себя виновным я не чувствовал, никаких законов я не нарушал. Честно исполнял свои обязанности капитана судна, ловил рыбу по разрешению. В последнее время снилось, будто я возвращаюсь, будто я дома… Поддержка ощущалась от крымчан, от россиян. Интернет штудировал, информацией владел о том, как отзываются люди о происходящей ситуации. Это тоже вселяло надежду, ведь о нас не забыли.

- Украинские правоохранители на вас давили?

- Физического воздействия, слава Богу, не оказывали. Люди, в принципе, адекватные, понимали, что это политическое дело. Предлагали признать вину, не доводя дело до суда, получить украинский паспорт и вернуться домой по нему. На это акцент делался, что я должен был вернуться по украинскому паспорту. Но вернулся я домой по российскому паспорту. В последнее время спрашивали: сколько вы еще готовы не соглашаться с нами? Вы же понимаете, что все эти судебные дела могут длиться минимум года два, а максимум - неограниченно. Подход такой был: сколько ты лет продержишься? Не физическое воздействие, а моральное.

- На допросы ночью вызывали?

- Первое время. Когда на судне находились безвылазно, то они могли нас тревожить, когда угодно. Пока не появились юристы, нас кошмарили по ночам. Первые сутки, когда нас только в порт привезли, то сразу начался поток служб: пограничники, полицейские, эсбэушники и еще непонятно кто. Одни за другими поднимались на борт. До двух часов ночи продолжалось. Потом уже сжалились над нами – ладно отдохните, завтра день у вас день будет еще тяжелее. Адвокатов сразу не пускали, всякие препоны чинили и консулу.
Когда меня выпустили из СИЗО под залог, одно из обязательств было - каждый понедельник являться к следователю. Вручали целые пачки повесток. Хотя я сразу заявил, что по 63 статье конституции Украины не буду давать против себя никаких показаний. И поэтому морально давили. Не хочешь так? Значит ходи к нам каждый день, а это значит, нужно проживать в Херсоне и снимать жилье. На улице лето, а от Мариуполя до Херсона 200 километров. Дорога занимает часа четыре в одну сторону – в духоте.

- Ваше нынешнее исчезновение адвокаты сравнивали с той ситуацией, когда сразу после захвата «Норда» вы тоже неожиданно пропали с судна – стараниями СБУ.

- Тогда на меня составили административный протокол и вручили повестку: 4 апреля должно быть рассмотрение в Мариуполе. Пограничники вечером мне повестку при адвокатах вручали. Мы были уверены, что с утра я поеду на заседание по этому делу. Пришел пограничник с военного корабля, что нас задержал, пригласил для обсуждения моей транспортировки на административный суд в Мариуполь. Я без всякой задней мысли пошел за пределы судна на борт военного корабля, а там уже ждала группа – арестовали, посадили в машину, стали задавать вопросы. Но я отказался говорить без адвокатов. На выезде из города Бердянска им кто-то позвонил, машина остановилась, тут подъехал другой автомобиль, и мне вручили уведомление, что я арестован и буду конвоирован в город Херсон. У меня изъяли сотовый телефон, отключили его. Я спросил, как же адвокаты и кто их уведомит, могу ли звонок сделать. Мне отказали в этом и начали конвоировать. Только когда меня доставили в Херсон и начали вести беседы, мол, признай свою вину – незаконное нарушение границы с умыслом нанесения ущерба Украине. Получай паспорт гражданина Украины и в течение недели окажешься в Крыму. Я отказался, конечно, потому что понимал, что дело очень серьезное, и без консультации юристов я никаких документов подписывать не буду. А мне: «Вы же понимаете, что мы в Херсоне, и они сюда за час не доедут из Бердянска. Пока они будут ехать, мы вынуждены вас поместить в ИВС». Раз так надо, то давайте, говорю. Тогда мне только разрешили отзвониться адвокатам. С судна забрали в 6 утра, часов в 10 вечера я только позвонил.

- После того, как вы вышли под залог и стали жить у родственников, за вами следили?

- Слежка была. В основном, из автомобилей вели наблюдение. Жил я в частном секторе, там не особо много возможностей для конспирации. Машины их сразу замечали, народ нервничал: кто-то же самогонкой торгует! – Владимир Горбенко сначала смеется, но потом замолкает и продолжает уже с грустью в голосе: - И сейчас осадок: мания преследования какая-то, едешь и оборачиваешься, что за машинка за тобой едет, как часто ты ее видел. Говорю полушепотом, стал более молчаливым, без лишних слов. Перестроился на новый лад – живешь в постоянной опаске. Напряжение.

- Как город, изменился за время отсутствия?

- Конечно! Мост появился, дороги. Я еще не особо гулял, пока не освоился.

- С экипажем виделись уже?

- Пока нет, вы первые, с кем беседую. Но обязательно соберемся!

- Какие планы на будущее? Вернетесь в море?

- Конечно! Судно осталось на территории Украины, вряд ли его отдадут. Надеемся на то, что правительство окажет нашей организации помощь, и мы со своим экипажем продолжим заниматься нашей же деятельностью. Капитан я уже больше 15 лет, а рыбным промыслом занимаюсь всю свою сознательную жизнь, у меня семейная династия рыбаков.

- Вы стали известным человеком…

- Я такую славу никому не пожелал бы! Лучше был бы неизвестным и ловил тюлечку на «Нордике». Надеюсь, что больше такого ни с кем не случится.

https://www.perm.kp.ru/daily/26940.5/3991148/ - цинк

Популярное

))}
Loading...
наверх